В моем норильском детстве двор наш делился на лётчиков и моряков. Склонялся я к морякам, но из-за плохого зрения мечту эту оставил. Отец брал меня в тундру с пятилетнего возраста. Мы плавали на моторной лодке, ходили на лыжах, спали в самодельной палатке на еловых ветках. Школу я заканчивал в Москве. Мой одноклассник Миша Коняхин рассказал о географическом факультете МГУ и Школе ЮНГ. Юным географом удалось побыть два года (вместо трех), но процесс познания географической науки уже пошёл, и остановить его было невозможно.

Начальником Школы ЮнГ в то время был А.Е. Снопков. Несколько раз в год юнги под его руководством ездили на короткие полевые практики в Сатино и Красновидово, рассказывал он интересно, а в отношении дисциплины держал нас крепко. Он же слушал и первые наши гитарные изыски. Говорят, что и сам Александр Ефимович на гитаре играл неплохо.

С нами занимались студенты-геоморфологи Саша Нычкин и Серёга Барсуков. Красоту своей науки они нам и открыли, поэтому выбор, на какую кафедру идти, произошел потом как бы сам собой. В плане полевых юнговских работ больше всего запомнилась поездка  на Красновидовскую базу факультета в январские каникулы 1971 года. Руководил ею Александр Васильевич Шумилов, океанолог, принимавший участие в научно-исследовательских рейсах в Арктику. В морозы он бегал на лыжах без шапки и палок, чем вызывал у меня, северянина, огромное уважение и даже зависть.

На Можайском море в минус 42 по Цельсию мы сверлили и долбили пешнями толстый лёд, мерили в майнах стратификацию температуры и минерализацию воды, а бытовые неудобства только добавляли романтики в работу.

АлВас, так его все называли, участвовал в высокоширотных лыжных походах Дмитрия Шпаро, написал несколько книг о Севере, в том числе в соавторстве с Ю. Сенкевичем и Д. Шпаро. Занимался поисками пропавшей  экспедиции В. Русанова на шхуне «Геркулес», а мне довелось попасть на Западный Таймыр, где погиб экипаж шхуны, только через много лет. Очень хорошо помню и уважаю нашего первого полевого начальника.

История географических открытий в Арктике интересовала меня с момента, когда я в первом классе прочитал книжку «Тайна мыса Входного» о гибели Никифора Бегичева, а потом роман В. Каверина «Два капитана». В романе было всё: отчаянная работа, лишения и достижение цели, и большая любовь. И ещё, тайна, которая рано или поздно раскрывается. Думалось, что всё это у нас впереди.

 

А во время летней экспедиции в Красновидово я познакомился с группой геоморфологов будущего выпуска 1973 года, живших в соседней палатке. Как-то вечером я набрался храбрости, постучал по брезенту и напросился послушать песни. Потом сам что-то спел. Потом мне налили водки. Портвейн не для геоморфологов! Это были Костя Воскресенский, Саша Нычкин, Серёга Барсуков, Гена Дрейер, Гена Пушко, Лёша Вишняков, Толя Отмахов, Олег Катагощин. Это была дружная ватага. В Красновидео я познакомился ещё с одним геоморфологом - Геннадием Афанасьевичем Шубиным, он утверждает, что учил меня пить спирт. Общаемся мы до сих пор.

Заходил к нам в юнговскую палатку и Евгений Иванович Никулин со своей песенкой «Милая моя бежит…»

 

Проходной балл на географический факультет в 1971 году - год моего  поступления — был 14, которые я благополучно набрал. С Мишей Коняхиным мы стали однокурсниками, впоследствии он пошёл на кафедру криолитологии.

На курсе мы оказались вместе с Серёжей (Сергеем Ивановичем) Болысовым, с которым были уже знакомы по Школе ЮНГ. С Ваней, Иваном Георгиевичем, Джухой познакомились в сентябре - попали в одну группу, где собралось нас, будущих геоморфологов, довольно много: Володя Титов, Алла Бабогло (впоследствии Гладкова), Андрей Глазовский.

 

Лекции в первом семестре были общие и проходили, в основном, в аудитории 2109. Общую геологию читал профессор геологического факультета Георгий Петрович Горшков, автор учебника по общей геологии. Он обладал превосходным чувством юмора и был похож на французского актера Жана Габена. Первым экзаменом была общая геология, и тринадцати счастливчикам он автоматом поставил пятёрки за прилежное изучение горных пород на практических занятиях. Я был последним, тринадцатым, в очереди, и Горшков, уже устав привставать со стула и пожимать руки, не глядя на меня, протянул руку, куда я свою, конечно же, и вложил. Он с интересом посмотрел на меня и произнес:

- А теперь зачётку!

 

Весной на факультете проходил конкурс песни. Играющих и поющих было очень много, называю, кого помню: Наташа Украинцева, Аслан Ахаминов, Паша Полян, Серёжа Кирпиченков, мы с Андреем Глазовским. Организацией конкурса занималась от Комитета комсомола Галка Гуськова (Галина Чмерёва). Мы с Андреем получили приз «зрительских симпатий» - огромный торт, который и съели в аудитории 1805. А через 30 лет Галя Чмерёва показала мне сохранившиеся у неё тексты наших песен.

 

Первую учебную практику именно в Сатино проходил курс перед нами. В 1972 году факультет начал капитально отстраивать базу, поэтому у нашего курса практика разделилась на два захода: общие практики в июне мы проходили в Красновидово, а в августе была топографическая практика в Крыму в Прохладном на полигоне геологического факультета МГУ.

Мне Сатино всегда нравилось больше, потому что там «есть рельеф», а в Красновидово – плоскотина, долина р. Москвы была затоплена Можайским водохранилищем. Насколько помню, один кам и один оз - вот и все геоморфологические достопримечательности. Показывал их нам Олег Анатольевич Борсук.

Практику по геоботанике вела Нина Леонидовна Соколова. Эта маленькая пожилая доброжелательная женщина в белом платочке с посохом и кирзовой полевой сумкой через плечо прощала нам очень многое, и мы старались выполнить любую её просьбу, например, залезть в низинное болото за рогозом или ещё за чем-то, задания были серьёзные. Она была неутомима, мы с ног валились, а она всё вела и вела группу по лесам, полям и болотам.

 

Конкурс песни в Красновидово оказался, пожалуй, единственным развлечением, не считая волейбола и гребли на каноэ. В конкурсе песни участвовала Ольга Темненко из группы вечерников (на факультете было тогда вечернее отделение), проходивших общегеографические практики. Она пела под Татьяну Доронину и получила первый приз.

 

В июле между практиками из студентов нашего курса был сформирован стройотряд, который строил будущую базу. Командиром был Петя Вергун, комиссаром Лёша Дорошко. Болысов, Джуха, Алик Оганесян, Алик Ермаков, Коля Любовный, Миша Коняхин, Володя Космынин, Витя Рыжов, Витя Пиманкин, Володя Павлунин – было нас человек 40. Жили мы в огромном дощатом сарае, похожем на казарму. Во дворе, где сейчас плац, на костре в огромных котлах варили для стройотряда еду наши однокурсницы Таня Кушнеревская и Люда Тен. Начальником Сатинской базы в то время был ветеран Великой Отечественной войны Дмитрий Прокофьевич Зинченко.

 

Насчёт выбора нового места для практики я слышал такую историю. После затопления долины реки Москвы в районе Красновидово стали думать, куда же переносить практику. Этой непростой задачей занялись С.С. Воскресенский, К.Г. Тихоцкий и декан факультета А.П. Капица. Тихоцкий предложил поехать на Протву в деревню Сатино, где в 1942 году после освобождения Подмосковья от немцев стояла его часть и он был начальником связи. Приехали, сели на склоне возле обелиска павшим воинам (обелиск стоял на тропинке, ведущей и сейчас к знаменитому нижнему магазину), выпили, как я думаю, коньяку и стали созерцать пейзажи, открывавшиеся перед ними. Преподаватели были разных специальностей, и всем понравилась местность с богатым набором ландшафтов, живой быстрой рекой и выразительным рельефом. Так и выбрали новый полигон.

 

Камеральный корпус в то время был одноэтажным. На факультете решили, что под ним должен быть подвал, который мы ударно и выкопали. Хранились там впоследствии старые кровати и запасы картофеля работников базы. Одна бригада стелила кровлю на преподавательском корпусе, другая асфальтировала дорожки и подъезд к базе. Витя Пиманкин профессионально управлял асфальтовым катком, поэтому дорога называлась у нас «Красная дорога имени Пи Ман Кина». 

Подвесного моста через Протву тогда не было, переходили по деревянным лавам через тот же осерёдок. И вода в реке была чистая. Помню, что армейцы ловили раков и варили их в ведре.

В это же время в Сатино проходила спецпрактику группа геоморфологов выпуска 1975. На том курсе был много ребят после армии и рабфака, старше нас лет на 4-5, и с ними я общался мало. Помню Серёгу Степанова, поскольку он тоже играл на 7-ми струнной гитаре и пел любимую свою песню Лещенко «Станочек, мой станочек». Из девушек назову Олю Белоусову, Татьяну Соколову, Татьяну Симонову, Лену Шапошникову, Иру Сягаеву, Гулю Мыздрикову. С поймы мы возвращались с рассветом, спали час-полтора и на работу.

Стройотряд всё выдержал и даже заработал по 40-50 рублей на нос. В Сатино я познакомился с Валерием Борисовичем Козловым, не догадываясь, что наша дружба продлится всю жизнь до самой Валиной гибели.

 

В августе началась геодезическая практика в Крыму. Ехали в поезде из Москвы в четырех вагонах двое суток. Наталья Васильевна Красильникова, она была в то время замдекана по учебной работе, встречала наш «весёлый» поезд в Симферополе. Я случайно услышал её разговор с нашим курсовым инспектором учебной части.

- Катя, ну как доехали?

- Все целы… и отчислять никого не будем.

 

В дороге какие-то отморозки решили обобрать нашего монгольского студента Цолмона Пунцогноровына и уже прижали в углу. Это увидел Витя Рыжов, бывщий пограничник, и в два счёта скрутил обоих грабителей и провёл по всем четырем вагонам, показав свой подвиг курсу. Цолмон Пунцогноровын впоследствии стал геоморфологом. Отец его был видным государственным деятелем. Цолмона как иностранца пускали не во все советские регионы, и он вместо производственных практик уезжал в Нью-Йорк к отцу, работавшему в ООН, и возвращался с двухкассетным магнитофоном и американскими джинсами (мечта каждого советского студента), которые пропивал с друзьями в общаге.

 

…Море, песчаные пляжи, Бахчисарай с ханским дворцом и пушкинским фонтаном, чебуречная с холодным «шампанским», пещерные города Чуфут-Кале и Тепе-Кермен, бурдюки и канистры с прекрасным крымским портвейном…

Пещерные города мы покоряли с Наташей Семухиной и Вовой Титовым, считая, что настоящие первопроходцы должны штурмовать каменные стены по-альпинистски по верёвке (посыл – сможем или нет), а на сэкономленные 10 копеек – столько стоил входной билет – можно было купить пачку сигарет «Прима».

Однажды в выходной Володя Титов, Андрей Глазовский и я отправились на Роман-Кош, высшую отметку Крыма. Переночевали в заповедном лесу, а утром нас забрали егеря, но, узнав, что мы с геофака, отпустили и даже довезли до Алушты. В другой раз под Евпаторией к нам присоединились Таня Молодцова (Глазовская) и Наташа Соколова (Зубаревич). Там, за купание в ночном море, нас арестовал пограничный наряд с собаками.

 

Практику по топографии вел военный топограф Ващалов. Его внучка Татьяна Ващалова пришла к нам в группу на втором курсе и стала бессменным нашим подвижником, чтобы собраться, попеть песни, поехать к ней на дачу или на Новый год ко мне в глухую деревню Бахтинку в Калужской области. Тут и Оля Абашкина, и Наталья Недашковская, и Валя Лисица (она с младшего курса) не отставали. В наше время серьёзный географ Татьяна Владимировна Ващалова (Лаборатория лавин и селей) проехала по магаданским и другим местам, где проводил съёмку её дед.

 

Вспомнилось, как в один из моих уже рабочих приездов на Кавказ случилась интересная история, имеющая к факультету непосредственное отношение. 

Я поехал из Чегемского ущелья в Баксанское в Поляну Азау за зарплатой на перекладных. К вечеру я добрался до какого-то аула в самом начале Баксанского ущелья, в рейсовый автобус не влез, в нём люди сидели друг на друге вместе с курами. Пришлось садиться к частнику, рубль у меня последний был. Заехали мы в какое-то придорожное кафе, водитель встретил знакомого, они взяли водки, и только через час, когда уже стемнело, поехали дальше. Водителя звали Шамиль. Оказалось, что он работал шофёром на нашей базе, и всех там прекрасно знает. Мы мчались вверх по серпантину со скоростью сто километров в час. Шины визжали на поворотах, пьяный Шамиль был в прекрасном настроении.

- Видищ, как встречают на Капказе настоящих друзей! Давай споём!

- Там, где снег тропинки заметает, - начал я.

- И лавины грозные шумят –  подхватил Шамиль и добавил: -  Эту песню здесь знает каждый мальчишка!

Стояла тёмная южная ночь, только звёзды мелькали в треугольнике Баксанского ущелья. Так мы доехали до Тырныауза. Никаких денег он с меня не взял. Я до сих пор помню этого человека и пою эту песню, подружившую балкарцев с русскими в феврале 1943 года.

 

Учёный мирового уровня профессор Георгий Казимирович Тушинский, заведующий кафедрой гляциологии был в то время на базе, и утром, сидя на лавочке, поджидал слушателей, а поговорить он очень любил. Когда собралось несколько человек - студенты и кто-то из персонала, он начал рассказывать.

- Вот видите, какая у нас прекрасная база и в каком она месте. У нас даже компьютер есть, но это очень сложная машина, и разобраться в ней может только Юра Арутюнов… А вот и он.

Юрий Арутюнов, начальник базы, уже подходил к нам, посмеиваясь, он не раз слышал эти истории.

- У нас на базе проходят международные конференции, каждый год к нам приезжают чешские энтомологи, живут в нашей гостинице, в которой есть даже камин и конференц-зал, где ведутся научные дискуссии! А вот с ветошью на базе плохо! Однажды, во время такого симпозиума я читал коллегам доклад о лавинной опасности. У меня есть такая привычка разбирать и складывать тряпку, которой я стираю с доски мел. В какой-то момент я понимаю, что меня не слушают! Продолжаю доклад, но в зале началось оживление. Я продолжаю читать доклад, перебирая в руках тряпку. Начались смешки, а потом гомерический хохот. Конечно, ничего не понимая, я перестал читать, может, где-то у меня не застёгнуто? И тут я обратил внимание на тряпку, которую держал в руках. Это…были…грязно-серые… женские… панталоны… примерно… 56-го размера! Так наши уборщицы боролись с дефицитом половых тряпок.

Юрий Арутюнов и Рэм Хохлов, тогдашний ректор МГУ, были ещё и альпинистами, и оба погибли при восхождении на пик Коммунизма на Памире.

В наших дипломах стоит подпись Рэма Хохлова.

 

Специализированная практика по геоморфологии после 2-го курса традиционно проходила в Сатино и в Карпатах.

В Сатино нами занимался профессор Воскресенский. Нет нужды представлять Сергея Сергеевича поколениям геоморфологов, которые знали его как человека, учёного и преподавателя.

В Сатино приехала Маргарита Павловна Гричук, специалист-палинолог, она учила нас отбору палинологических проб.

Нам с Серёжей Болысовым было поручено раскопать третью надпойменную террасу реки Протвы, так называемый «зандровый пояс». Пару дней мы копали шурф больше похожий на артиллерийский капонир со стенкой опробования метров в пять. Погода испортилась, пошли дожди, и мы вернулись к нашему капониру дня через два. Стенки обрушились, на дне мы обнаружили двух мышей, одна из них поедала другую, уже мёртвую. Расчищали по очереди, мне досталось копать в самом низу шурфа. Только я выбросил последнюю лопату и наклонился, подсохший песок съехал из-под дёрна и засыпал меня почти по плечи. Оба испугались, больше Серёжа, я до конца не успел ничего понять. А потом мы весело смеялись. И так же дружно прохохотали пять лет, сидя за одной «партой».

 

В Карпатах мы с Ваней Джухой были маршрутной парой, а участок нам достался на Свидовецком хребте, и лазать нам приходилось вверх-вниз по стенкам ледниковых каров с уклоном градусов в 60. В чаше кара, как правило, было озерцо с пронзительно прозрачной водой, в которой неторопливо плавали разноцветные тритоны. А вокруг простирались ровные поляны с лишайником и несколькими кустиками эфедры, соснового стланика. Краски яркие, почти ядовитые. Как-то нас втроём, Таня Ващалова была с нами, застала наверху гроза. Мы перевалили через хребет и бросились к одинокому коровнику, который показался хорошей защитой от молний, бивших вокруг нас. Час простояли в коровьем навозе по колено, пока гроза не ушла. Из-за нее мы опоздали к машине, которая приходила за студентами к определенному часу, и пришлось идти до базы пешком. Пришли в сумерках, думали, что Герман Сергеевич Ананьев, бессменно руководивший карпатской практикой, отчислит нас, но вышло наоборот. Он пригласил к себе и налил по рюмке чистого спирта.

- Разбавить или умеете? 

 

В Карпатах в первый раз я увидел надвиг, фото до сих пор храню. Потом надвигов и шарьяжей было много, но тот был первым.

Как-то Герман Сергеевич рассказал нам о бое на горе Котёл при освобождении Закарпатья в 1944 году. Мы с Ваней отправились туда на следующий день и никаких следов войны не обнаружили, только овечьи тропки. Присели на ветру, Ваня догадался оторвать дёрн, а там! - везде под дёрном россыпью лежали гильзы и целые патроны, винтовочные в обоймах, короткие толстые от ППШ. С одной стороны горы - советские, с другой – румынские.

А Вова Титов нашёл в горах немецкую каску, сквозь неё пророс куст. На пойме Чёрной Тиссы в зарослях я наткнулся на непонятное сооружение из брёвен высотой примерно с метр и длиной метра два, внутри стояла лавка около длинной смотровой щели. Догадался: бандеровская засидка.

 

На выходной день Ананьев вывозил нас в Ясеня, где мы собирались в колыбе, пили местное вино и ели шашлыки. Кто хотел, тот напивался, Герман Сергеевич не препятствовал. Так, видимо, он считал, должны геоморфологи снимать стресс после тяжёлых маршрутов. 

Скамейка из городского парка и уличный почтовый ящик остаются на нашей совести. Герман Сергеевич только улыбался, глядя, как наши могучие «армейцы-рабфаковцы» лихо грузят их в грузовик. Письма из почтового ящика мы, конечно, переложили в другой ящик.

Под конец практики Герман Сергеевич попросил продавщицу лесорубного магазина, который находился внизу под базой, завезти игристое вино. Но только для студентов! Лесорубам она вино не продавала.

 

Во Львове, возвращаясь с практики домой, наша команда напоминала банду дезертиров: Космынин в гимнастёрке с золотыми пуговицами, подпоясанный веревкой, Глазовский в ботинках 48 размера, перевязанных проволокой, Тищенко в кителе без воротника, откуда торчала серая вата, Васильев в чёрных очках. Это была последняя практика, в которой мы участвовали все вместе, дальше были производственные. Действительно, на кафедре нас считали очень дружными ребятами. Да так оно и было.

 

Зимой на 3-ем курсе наступил апогей в деятельности НСО (Научного студенческого общества). Кафедра геоморфологии взяла под свой контроль Сатинский полигон. Мощная научная команда: Иван и Константин Воскресенские, Геннадий Афанасьевич Шубин, Андрей Александрович Лукашов, Алексей Юрьевич Сидорчук, Саша Пахомов и мы младшие Серёжа Болысов, Серёжа (Сергей Иванович) Антонов, Андрюха (Андрей Владимирович) Бредихин, Миша (Михаил Александрович) Коняхин, Оля (Ольга Александровна) Белоусова, Оля (Ольга Кимовна) Борисова, Ирина Кузьмич. Возглавлял эту команду Сергей Сергеевич Воскресенский. Надо сказать, что Сергей Сергеевич, опытнейший геоморфолог, профессор, автор монографий и методичек, руководитель Магаданской экспедиции обладал редким даром выдвигать гипотезы, казавшиеся нам спорными. Во-первых, мы ничего ещё тогда не знали («невчёными» были), во-вторых, если сказать по-военному, он, как артиллерист, стрелял по расчётам, не видя куда, но точно попадал в цель. 

Одновременно с нами в Сатино работала команда эконом-географов под предводительством Александра Ивановича Алексеева по прозвищу Мальчик из-за высокого роста и обуви какого-то неимоверного размера. Эконом-географы ездили по организациям Боровского района, собирали статистические данные по населению и промышленности.

Жили мы в Ореховской избе, на другом берегу ручья, напротив незабвенного сатинского магазина, где продавалось отвратительное «Алжирское» вино. Орехов, наш хозяин, ходил на костылях, ногу потерял на Великой Отечественной. Спали на полу в спальниках, пилили и кололи дрова, топили печь. Был у нас патефон и одна пластинка, которую мы непрерывно крутили. Новелла Матвеева пела тоненьким голосом, который до сих пор звучит оттуда, издалека. Бывало, Шубин привозил магнитофон с записями авторской песни, это был настоящий праздник. Иногда мы собирались вместе, плясали в избе, катались на склоне на санках, доезжая до самого магазина. А кто-то, наверно, кроме меня, помнит, как Ваня Воскресенский привёз гуся и запёк его с гречневой кашей в деревенской печи. Однажды колонной пошли на штурм «пчёлок». Впереди шёл Лёша Сидорчук в белом полушубке и бил поварёжкой в таз. Шуму тогда наделали. На развалинах их общаги я построил дом, где сейчас собираются иногда участники того похода. 

В распоряжении геоморфологов была буровая установка УРБ-2 на базе вездехода ГАЗ-47. Был и механик-водитель. Бурили мы шнеками, а ездили на броне. На первой скважине мы никак не могли приспособить шнек для бурения, мешал фаркоп. Иван Воскресенский, посмеиваясь, произнес:

- А вы его отпилите.

Мы с Костей Воскресенским фаркоп мигом отпилили. И тут пришёл вездеходчик и показал нам лоток, по которому шнек обходит фаркоп. Вечером Костя приваривал его обратно.

Однажды в морозную ночь взбрело мне в голову покататься на вездеходе. Покатались…из двигателя воду слили, а я и не заметил. В результате прогорела прокладка под головкой блока. Эпопея с вездеходом для меня продолжилась на Бюро комсомола, которое возглавлял Иван Сергеевич Воскресенский. А на заседании кафедры мой вопрос обсуждался в разделе «Разное». Герман Сергеевич Ананьев широко улыбался, это было очень необычно, значит, у него было хорошее настроение. Он сказал такую фразу:

- Вот у Виталия Архипыча Костомахи в поле полно вездеходов, как, возьмёте его на практику, и вездеходчиком по совместительству?

Кафедра засмеялась, и меня отпустили.

 

Мне нравилась геоморфология, и теперь я смотрел на речные долины, как в открытую книгу. Особенно, когда вечерний косой свет подчёркивал мельчайшие формы рельефа, и всё это складывалось в хорошо пригнанную логичную картину, где не было ничего лишнего, достойную кисти только одного мастера - Природы.

Курсовую работу мы писали с Болысовым у Георгия Ивановича Рычагова по летним сатинским материалам. Георгий Иванович учил нас, что изучая любое явление или процесс, всегда задавайте себе вопрос «почему?» Задаю себе этот вопрос до сих пор, и уже не только по поводу процессов рельефообразования. И не всегда могу ответить на него… 

 

На первую производственную практику я с Ольгой Белоусовой и Колей Кузнецовым поехал в Среднюю Азию от Института географии АН в отряд Германа Николаевича Пшенина, выпускника нашей кафедры 1956 года. Из этого выпуска вышло несколько сильных и известных специалистов, в том числе и Наталья Георгиевна Патык-Кара, под началом которой я семь лет работал в Арктике на островах и побережье Северного Ледовитого океана и нарисовал морфоструктурную карту шельфа Восточного сектора.

Знакомство с Пшениным перевернуло моё сознание, и в научном, и в человеческом плане, я понял, чем хочу заниматься в дальнейшем. Мы попали на геологическую съёмку масштаба 1:50 000 в отроги Чаткальского хребта, в сказочную и богатейшую страну, откуда вышел и основатель нашей кафедры Иван Семёнович Щукин. Работа была непростой, на жаре, в расчленённом рельефе, на конгломератовом поле. Округлые лбы гор, причудливые формы выветривания, подвижная неотектоника, пустыни и оазисы, колорит древних исторических памятников…

К «мобилизму» я пришёл, увидев шарьяжные будины и тектонические окатыши. Когда рассказал Пшенину в конце практики свои соображения по поводу строения территории, он улыбнулся:

- Одним мобилистом стало больше.

 

Про 4-й курс вроде и сказать-то нечего, мы повзрослели, съездили в далёкие регионы, поработали над серьёзными геологическими темами, заработали первые профессиональные зарплаты. Мы уже были о себе высокого мнения. Коля Городов, например, когда на кафедре спросили, чем он занимался на практике и почему нет материалов для курсовой работы, честно ответил:

- Материалов нет, потому что я был начальником.

Курсовую я писал по Чаткалу под руководством Германа Николаевича, от кафедры со-руководителем был Герман Сергеевич, оппонентом Сергей Васильевич Лютцау, знаток речных долин, но не тектоники. Я знал, что Ананьев не мобилист, но и не фиксист, всё равно мне было тревожно. Защита проходила на кафедре. Я доложился, и наступила тишина. Я с тревогой посматривал на Ананьева, он раздумывал, что же сказать.

И вдруг вступил Лютцау:

- А правый сдвиг, это ведь с какой стороны посмотреть!

Оба Германа, забыв, что на вопрос должен отвечать я, бросились наперебой объяснять Лютцау, что такое правый сдвиг и левый.

- Да? – Сергей Васильевич ничуть не смутился. – Ну, ладно…

И мы все четверо начали облегчённо смеяться. Курсовую приняли.

 

Вспомнилась военная кафедра, на которой мужскую часть нашей группы в количестве 16 человек, обучали военной синоптике. 

Заведующим кафедрой был подполковник В.Х. Иванов, вторым по старшинству майор Канин, затем капитан Шишкин и старший лейтенант Дайнеко, их инициалов, конечно, не помню. Глядя на часового погоды Евгения Тишковца, понятно, что это были за люди: чёткость во всём, от рапорта до рисовки «кольцовок», барических карт по высотам, на основе которых составлялся прогноз погоды. Многие выпускники факультета служили потом в Советской армии офицерами на военных аэродромах, некоторые воевали в Афгане.

Самое сложное было рассчитать адиабатическую кривую, которая давала картину распределения влажности в зависимости от температуры по высотам, что влияло на образование туманов и облачности. И делалось это всё вручную и рисовалось остро отточенным карандашом. Практика по синоптике проходила в метеобюро аэропорта Шереметьево.

На Севере существовали эскадрильи «ледовых разведчиков», которые не только разведывали ледовую обстановку, но и передавали данные о погоде кораблям и самолётам. ЛИ-2, ИЛ-14 - это были короли погоды, их так и называли «Ледовик XIV». А вот как передать карту ледовой разведки или карту погоды? Существовал тогда факсимильный аппарат «Ладога», стоявший на всех судах и самолётах Севморпути для передачи карт ледовой и метео-обстановки. Это был здоровенный металлический ящик с ленто-протяжным механизмом. У нас на факультете их было два - один на 19 этаже, другой на 22. Майор Канин решил продемонстрировать работу этого агрегата, переслать газету «Правда» с одного аппарата на другой. Объясняя, он вставил газету в щель, включил аппарат, и все пошли на 22 этаж принимать донесение. Мы с Ваней Джухой задержались, кое-что туда тоже вставили и побежали догонять. Взвод военных синоптиков замер, когда из аппарата вылез номер газеты «Правда» с голой красоткой на первой полосе.

Военный язык, на котором нам преподавали «военку», изобиловал сочетаниями слов, не всегда воспринимаемых гражданским ухом. Подполковник Иванов иногда пускался в откровения и рассказывал нам, как сохранить шевелюру с помощью кефира.

 

Учение о фациях на кафедре геоморфологии читал профессор А.И. Спиридонов. Матметоды в геоморфологии профессор Ю.Г. Симонов. Спецкурсы преподавали В.Д. Быков, Н.И. Маккавеев, О.К. Леонтьев, С.С. Воскресенский, Г.С. Ананьев, Н.В. Башенина. Нефть и газ читала Л.Б. Аристархова. Учение о берегах читал Г.А. Сафьянов, а вот как назывался курс Льва Георгиевича Никифорова, не помню…хотя помню сами лекции об устройстве портов, бонов и т.п. Незадолго до смерти, Лев Георгиевич жил на Сатинской базе, был не у дел после болезни, и мы с ним много беседовали. Он начал писать картины. Я тогда носился с идеей поставить на базе часовню. Никифоров идею поддержал. Часовня называлась бы «Памяти ушедших географов».

 

Один из спецкурсов читал основатель кафедры Иван Семёнович Щукин, было ему тогда 90 лет. Когда-то в Средней Азии грузовик, в котором ехал отряд, перевернулся, Иван Семёнович получил травму позвоночника и после этого не мог поднять и повернуть голову. Читал он монотонно, переворачивая густо исписанные не скреплённые между собой листки. Мы тихо дремали. Кто-то переставал ходить на лекции, Щукин обижался и жаловался в учебную часть. Екатерина Васильевна, наш инспектор, устраивала нам нагоняй.

Один из монументальных трудов Щукина – четырёхъязычный словарь географических терминов. Однажды на лекции Иван Семёнович то ли потерял какой-то листок, то ли задумался и оторвался от текста, но он замолчал. Все проснулись.

- Забыл по-русски… по-английски… не помню, по-немецки… не помню, по-французски… тоже не помню, по-латински… помню!

Мы даже, по-моему, захлопали ему, так это поразило нас.

Вернувшись с преддипломной практики, нам с Ваней очень хотелось рассказать Ивану Семёновичу, что мы работали в тех местах, где когда-то работал он.

- Иван Семёнович, - радостно сказал Ваня, - мы с Серёжей на практике работали недалеко от Каравана…

Профессор поднял на нас глаза и размеренно, как на лекции, начал:

- В одна тысяча девятьсот четырнадцатом году я проходил там караванными тропами…

Еду в лифте, заходит Иван Семёнович. Все здороваются. Щукин достаёт из кармашка на груди картонный прямоугольничек.

- Единый!

В те времена в транспорте предъявляли единый проездной билет как раз таким способом.

- Ой, что это я, - сказал Щукин, - я же еду по вертикали, а не по горизонтали.

Байки кафедры. Иван Семёнович был ответственным за кафедральную аспирантуру. Олег Константинович Леонтьев спрашивает:

- Иван Семёнович, а как у нас обстоят дела с аспирантурой? Почему аспиранты есть, а кандидатских нет?

- В аспирантуру приходят в основном девушки. Пришла и в декрет, пришла и в декрет. А во всём виноват Иван Семёнович Щукин!

 

Дипломную практику с Колей Кузнецовым и Джухой мы опять проходили у Пшенина в Средней Азии. Отряд выдвигался из Москвы в Ферганскую долину на грузовике через Жигулёвский вал, плато Устюрт, берег Аральского моря. Помнится ночёвка под Гурьевом, где впервые появились фаланги, опасные пауки. Ловя мух, они допрыгивали до фар грузовика. Тарантулы и каракурты, сколопендры и скорпионы – это было впереди. Герман в поле чуть не погиб от укуса каракурта, а меня покусала сколопендра, во сне я ничего не почувствовал. Хорошо, что рядом не было скотомогильника.

Западный берег Аральского моря поразил дикостью и первозданностью. В обрыве чинка сверкал на солнце гипсовый пласт, по берегу были разбросаны выбеленные солнцем огромные черепа сомов. Тронешь такой череп, а оттуда вылезает скорпион и, подняв хвост, бежит куда-то, переваливаясь. Думаешь, пробежит он метр, два и спрячется, нет, видны его следочки на том бархане и на следующем.

Удивительно было встречать в этих диких местах людей. Однажды прибились к нам двое на колёсном буере. Странно увидеть в пустыне парус, и двигались они довольно быстро. Гондола была заполнена канистрами с водой.

 

Потом был Нукус, столица Кара-Колпакии, Ташкент, Бухара, Самарканд, обсерватория Улугбека, Зеравшан, Андижан и, наконец, Ош – город геологов, альпинистов и красивых женщин. В Оше начинается Памирский тракт.

Я жил в лагере Южно-Киргизской экспедиции, бил с местными геологами шурфы. На 10-метровой глубине видишь снизу только крошечный квадратик неба, в руках у тебя лопата и кайлушка с короткой ручкой, головой упираешься в стенку и пытаешься отдолбить и собрать в лопату липкую тяжёлую глину. Воздуха не хватает, лёгкие, как меха, засасывают остатки кислорода, и тут приходит сверху бадья, а с ней и свежий воздух, и ты опять дышишь, и ты жив.

Ездили с геологом Серёгой Шульгиным верхом на лошадях собирать пробы для шлихового опробования, потом я эти пробы отмывал.  Много чему научился в тот сезон, понял, что геологи – это люди «на земле», что у них своя производственная жизнь, есть план, который они не могут не выполнить, и работа их осмысленна и результативна. 

 

В октябре 1975 года в начале 5-го курса лекции по морской геофизике читал нам Сергей Александрович Ушаков - ярый мобилист и прекрасный рассказчик. Я подрабатывал в его Бюро переводов в цокольном этаже, переводя англоязычные статьи по этой тематике. Он понимал, что нам, только что вернувшимся с полей, ещё непривычна гражданская одежда после полевого брезента, и превращал лекции в беседу, ухитряясь вставлять в неё свой геофизический материал. Любил рассказывать полевые байки.

 

На 5-м курсе я пошёл работать на полную ставку в геохимическую партию «Центргеологии», которая находилась в подвале на улице Шверника напротив ДАСа. Лекции посещал только по специальности. Диплом писал опять по юго-восточному склону Чаткальского хребта, но уже с большим фактическим материалом, набранным за две производственные практики.

До 5-го курса мы были обычными студентами, учились, кто лучше, кто хуже, а когда встал вопрос о распределении, каждый стал задумываться о своём будущем. Я мечтал об Институте географии, о дальнейшей работе с Германом Пшениным и запасся гарантийным письмом от отдела геоморфологии, но на распределении выяснилось, что пришли плановые заявки и их надо выполнять, так я попал на полтора года в «Союздорпроект». Помогла мне уйти оттуда раньше срока доцент нашей кафедры Нина Георгиевна Шубина, которая преподавала морфоструктурный анализ, мой любимый предмет.

 

У Толи Зотова, одногруппника, на распределении тоже было гарантийное письмо из отдела геоморфологии ИГАНа, но представители ИГАНа опоздали, и пока Толик их ждал, его перехватили ребята из КГБ, долго уговаривали и уговорили. Анатолий Иванович Зотов окончил школу КГБ, а когда началась война в Афганистане, принимал участие в боевых операциях, выбирал с воздуха места для вертолётных площадок в горах. Погиб 18 ноября 1981 года, посмертно награждён орденом Красного Знамени. Сын его Толик родился в феврале 1982 года.

 

…Пишу эти записки в обдуваемом ветрами балке на восточном побережье Ямала. В нескольких километрах за пеленой пурги находится замёрзшая Обская губа, в которой тяжело ворочаются красные ледоколы, проводя танкеры к редким арктическим посёлкам. О таком я и мечтал, учась на географическом факультете. Но и представить не мог, что буду встречать 50-летний юбилей нашего выпуска на побережье Карского моря.

То далёкое геофаковское время предопределило все последующие события моей жизни.

 

Географам МГУ удачи и здоровья, не теряйте дороги!

                                                                                                                                         2026, Ямал

 

 

 

 

Декан географического факультета МГУ, академик РАН С.А. ДОБРОЛЮБОВ:

 

Вся творческая жизнь Галины Ивановны связана с географическим факультетом МГУ, который она закончила в 1970 г., и после завершения аспирантуры прошла путь от ассистента до ведущего доцента на кафедре экономической и социальной географии России (прежде ЭГСССР).

 

Галина Ивановна – прекрасный педагог, воспитавшая многие поколения студентов факультета и аспирантов кафедры. Читаемые ею курсы «Социально-экономическая география», «География природных ресурсов», «Экономическая и социальная география России», «Социально-экономическая география стран ближнего зарубежья» известны и любимы студентами факультета. 

 

Галина Ивановна на протяжении многих лет является также одним из ведущих преподавателей на подготовительном отделении географического факультета. Ею созданы и опубликованы программы лекционных курсов, которые читаются в университетах России. Она автор разделов в основных профильных учебниках, подготовленных коллективом кафедры. Под ее руководством защищено 11 кандидатских диссертаций, более 120 дипломных и около двух сотен курсовых работ.

 

Г.И. Гладкевич внесла значительный вклад в развитие университетского географического образования в России, многие годы являлась членом Президиума Учебно-методического Совета по географии УМО по классическому университетскому образованию.

 

Г.И. Гладкевич опубликовала около 200 научных работ, посвященных экономическим основам природопользования, проблемам социально-экономического развития России и стран ближнего зарубежья, экономической оценки природных ресурсов. Многие из них известны как среди ученых нашей страны, так и за рубежом.

 

Г.И. Гладкевич удостоена многих почетных званий и премий: «Почетный работник высшего профессионального образования России», «Заслуженный преподаватель Московского университета», лауреат Премии имени М.В. Ломоносова за педагогическую деятельность, лауреат премии Русского географического общества «Хрустальный компас».

 

Галину Ивановну любят и уважают на кафедре и факультете, в том числе за профессионализм, доброжелательность, готовность всегда прийти на помощь.

Поздравляю Галину Ивановну с юбилеем; желаю ей крепкого здоровья, долголетия и новых творческих достижений. 

За большой вклад в развитие факультета, многолетнюю плодотворную научно-педагогическую и организационную работу, и в связи с юбилеем объявляю Галине Ивановне Гладкевич благодарность.

 

(Информация из Приказа географического факультета МГУ за подписью декана Добролюбова С.А., сайт кафедры ЭКОРОСС).

 

---

 

 

 

САВОСКУЛ МАРИЯ СЕРГЕЕВНА, зав.кафедры ЭиСГР, д.г.н.:

 

Дорогая и глубокоуважаемая Галина Ивановна!

Поздравляю Вас с юбилеем!

Дата серьёзная, заслуживающая особого внимания и уважения. Но именно сегодня не хочется говорить только о Ваших многочисленных заслугах перед Московским университетом, кафедрой и, прежде всего, учениками разных поколений и самых разных профессиональных статусов. Обо всём этом уже сказано и еще будет сказано в официальных документах, грамотах и торжественных речах. Сегодня же хочется создать неформальную атмосферу и сказать Вам несколько по-настоящему теплых слов.

 

Ваш вклад в преподавание и воспитание нескольких поколений географов трудно переоценить. Очень многие нашли свой путь в географии благодаря Вам. Огромное Вам за это спасибо!

Именно такие преподаватели, как Вы, делают Московский университет не просто образовательным учреждением, а дорогим для многих поколений местом, куда хочется возвращаться всю жизнь — и в радости, и в трудные минуты. Вы — настоящий человек МГУ!

Вы во многом олицетворяете традиции нашей кафедры, обеспечиваете преемственность поколений и убеждаете коллег, студентов и аспирантов в важности нашей науки. Вы — человек кафедры!

 

Галина Ивановна, Вы удивительным образом сочетаете в себе глубокие знания, мудрость, молодость духа, живость и легкость мысли. Вы постоянно находитесь в поиске, учите других и при этом не перестаете учиться сами.

Энергия и молодость духа — одно из самых сильных впечатлений, которое Вы производите. Сохраняйте этот прекрасный дар!

Недаром девиз Смоленской области гласит: «Несгибаемый дух все превозможет!» Пусть этот девиз и дальше сопровождает Вас.

С днём рождения!

Ваша М.С.

_______________________________________________________

 

АЛЕКСЕЕВ А.И., профессор кафедры ЭиСГР:

 

Мы учились на соседних курсах (я поступил в 1966 г., Галя – годом ранее). Но между нашими группами не было интенсивного общения (можно даже сказать, не было почти никакого). 

Но, оказывается, наши с ней траектории на 3-4 курсах были подобны! У меня по курсовой работе 3 курса была опубликована статья в «Вестнике МГУ». А через год она появилась в журнале «Soviet Geography», который издавал американец Теодор Шабад. Он просматривал все советские географические публикации и самые интересные переводил и печатал у себя. Моя статья ему приглянулась, видимо, потому что тема была неожиданной для советской географии «Возможности использования статистики сберегательных касс в экономической географии».

А годом раньше подобная ситуация была у Гали. Как она потом рассказывала, при защите ее курсовой (о размещении металлургического завода на рудах КМА) на нее серьезно нападали. Но статью об этом все-таки взяли в «Вестник МГУ", а через год к ней приходит номер журнала «Soviet Geography» с этой статьей! Если я правильно помню, то Галя говорила, что она даже расплакалась при этом…

Насколько я понимаю, Галя не только ученый, она в душе – педагог. Ее лекции – не только познавательны, но и очень увлекательны и эмоциональны. А какие у нее шикарные презентации! А какая она хлебосольная хозяйка!  

В общем, когда я думаю о Гале, всегда на душе становится теплее…

 

____________________________________________________________

 

МАЗУРОВ Ю.Л., профессор кафедры РПП:

 

Факты и только факты

О Галине Ивановне Гладкевич трудно говорить и писать беспристрастно, такой уж она человек. Человек, созданный как бы по лекалам А.П. Чехова, провозгласившего, что «в человеке всё должно быть прекрасно…». Наш великий писатель об этом только мечтал, а мы, современники и коллеги Галины Ивановны, имеем счастье воочию наблюдать этот уникальный феномен.

 

Выражение «наблюдать» для меня – это не фигура речи, а живая реальность того, что на любимом факультете очень даже вероятна встреча с Галиной Ивановной, а это ведь – всегда праздник. Те, кто знает её, охотно это подтвердят. А те, кто пока ещё не знает, что это за праздник, могут этим поинтересоваться. Со всей ответственностью им ответствую.

Общение с Галиной Ивановной – это всегда празднество познания нового, обретения уверенности в правоте нашего общего дела – служению древнейшей науке географии, а следовательно, и укрепления основ самой жизни. Это всегда и заряд оптимизма, фундаментально настраивающий на преодоление всех неизбежно встречающихся в жизни больших и малых трудностей и даже проблем. Она ведь – и это факт – эксперт в этой сфере, хоть и не всегда по своей доброй воле…

 

Впрочем, не только в упомянутой сфере. И во многих других тоже! Многие ведь, наверняка, встречая её, невольно вспоминают слова князя Мышкина из романа Ф.М. Достоевского «красота спасёт мир». И ведь спасает, что тоже факт. Не случайно же бесконечно уважаемая мной и всегда предельно точная в своих суждениях Маргарита Павловна Ратанова на одном из публичных мероприятий назвала Галину Ивановну «настоящей русской красавицей». И, скорей всего, она имела в виду не только впечатляющие внешние достоинства ее колежанки, но и её удивительную внутреннюю красоту.

 

И вот еще один красноречивый факт из истории нашего факультета. Как-то довольно много лет тому назад Николай Сергеевич Касимов, подводя итоги очередной приемной кампании, вполне логично увязал её успех со вкладом в эту кампанию ее основных участников. Наш декан поимённо благодарил их: как «самого лучшего методиста», как «самого лучшего организатора» и т.д. и т.п. А в завершение своего выступления он обратился со словами признательности к Галине Ивановне, назвав её просто «самой-самой», что нашло самый одобрительный отклик в аудитории слушателей.

 

О Галине Ивановне, для меня иногда просто Гале, можно говорить почти бесконечно долго. Ведь жизнь её – это просто бездонный кладезь увлекательных и поучительных историй. Перефразируя «старика Хэма» можно сказать, что Г.И. Гладкевич – это праздник, который всегда с тобой, а точнее – с нашим факультетом и нашим любимым университетом. И это тоже факт, не так ли?

 

______________________________________________

 

АЛЕКСАНДР АГИРРЕЧУ, с.н.с. кафедры ЭиСГР:

 

 

Мое знакомство с Галиной Ивановной произошло не столь традиционно, как у большинства студентов факультета и кафедры в последние полвека – на первых лекциях в аудитории или чуть раньше, на подготовительных курсах. Так исторически сложилось, что наше знакомство «пришло» из моей семьи, для которой Галина Ивановна всегда (на моей памяти) была и есть близкий и дорогой человек! Моя бабушка – Ирина Георгиевна Лащинская, работавшая на кафедре с 1961 по 1997 г., знала Г.И. еще со студенческих лет (тогда еще Г. Харитонову – студентку со Смоленщины). Бабушка была третьим руководителем практики 2-го курса (после Г.М. Лаппо и А.А. Перцевой), которые в 1967 г. возили группу на дальнюю кафедральную практику по маршруту Кашира – Липецк – Железногорск – Киев – Черновцы – Мукачево – Львов.

Потом они, конечно, не мало общались в годы учебы, последующего обучения Г.И. в аспирантуре и особенно при дальнейшей совместной работе на кафедре.

 

На фотографии в Кремлевском дворце съездов в день пленарного заседания XXIII Международного географического конгресса (24 июля 1976 г.) Ирина Георгиевна и Галина Ивановна сидят рядом на предпоследнем ряду (видимо, 41-й ряд в центральной части амфитеатра). В этот день мне было 3 дня, поэтому Г.И. уже явно знала обо мне.

 

«Очно» с т. Галей я познакомился, конечно, позднее (Галиной Ивановной для меня она стала в конце марта 1994 г., когда я пришел в ее группу на подготовительные курсы – новый этап знакомства). В 1980–1990-х гг. она была желанным гостем у нас дома на дне рождении бабушки, куда приходили близкие друзья с кафедры, наверно и на каких-то других праздниках и встречах. Виделись мы, скорее всего, и когда я изредка приходил к бабушке на кафедру (в основном на новогодние елки).

 

В середине 1980-х гг. Галина Ивановна стала ученым секретарем секции экономической географии Учебно-методического объединения университетов СССР, в состав которой (под руководством А.Т. Хрущева) входили заведующие кафедрами экономической географии всех классических университетов столиц союзных республик СССР, а также нескольких ведущих (не всех!) университетов городов РСФСР и Украинской ССР. Поскольку раньше ученым секретарем была Ирина Георгиевна, то они стали вместе ездить на заседания секции, которые проходили один–два раза в год в различных городах Советского Союза. Безусловно эта активная деятельность, которая не ограничивалась только поездками, еще больше сблизила их, и значит, и Галину Ивановну с нами.

 

И конечно, после моего поступления на географический факультет в 1994 г. (а спустя год – на кафедру), для меня начался новый этап общения с Галиной Ивановной. Сначала с замечательным (не всегда очень строгим) преподавателем, позднее, когда начал работать на кафедре – надежным старшим товарищем, коллегой, но при этом, наверно, более близким из учителей и коллег, чем многие другие (так уж сложилось). Конечно, иногда мы дискутируем, но «корни» нашего знакомства нередко берут верх при разрешении текущих споров. Благодарен Галине Ивановне не только за особое отношение ко мне, постоянную готовность поддержать и прийти на помощь, но за проявление интереса к тем делам, которыми сам занимаюсь в последние десятилетия.

 

Искренне желаю Галине Ивановна здоровья, благополучия, продолжения активной преподавательской и другой ее многогранной деятельности, хочется надеяться, что и наше уже, по сути, полувековое общение продолжится новыми интересными сюжетами, иногда дискуссиями, взаимодействием и взаимоподдержкой.

________________________________________________

 

КРУЖАЛИН В.И., профессор, зав кафедрой рекреационной географии и туризма:

 

Дорогая Галина Ивановна! 

В Ваш юбилейный День рождения, на правах старого друга и единомышленника, выражаю слова искренней благодарности за радость общения, многолетнее творческое сотрудничество, Ваши замечательные человеческие качества и, прежде всего, доброжелательность, порядочность, бескорыстность, готовность прийти на помощь тем, кто в ней нуждается. 

Ваше внимание и любовь к детям и внукам, многочисленным ученикам, друзьям и коллегам вызывают восхищение! Спасибо Вам за высочайший профессионализм, преданность науке и образованию, что Вы блестяще демонстрируете на протяжении многих лет в стенах родного университета. Вы многогранная Личность, наделенная ГОСПОДОМ БОГОМ сеять разумное, доброе, вечное! Спасибо, что Вы у нас есть! Желаю здоровья, здоровья и ещё раз здоровья и долгих лет совместной работы на любимом геофаке, лучшем факультете МГУ! 

Ваш В.И. Кружалин

_________________________________________________

 

ЕВСЕЕВА (ЛАКОМОВА) ОЛЬГА, выпускница 1981 года кафедры ЭГСССР:

 

Галина Ивановна!!! Сколько же она значит для меня! Не каждому в жизни так везет, что преподаватель становится твоим другом на всю жизнь! Не просто другом, а лучшей подружкой, от которой нет никаких секретов, с которой можно поделиться всем на свете! И дружба наша продолжается 49 лет! С тех пор, когда на 2 курсе я пришла на кафедру ЭГСССР, и нам куратором группы назначили Галину Ивановну.

 

Помню, как она вошла в аудиторию - красавица необыкновенная! Ей было 32 года! И при этом она была и есть преподаватель от Бога! Ее хотелось слушать, открыв рот. Внимать, вдохновляться, увлекаться! Все ее лекции были необычайно интересны и глубоки! И конечно она увлекла меня так, что я не мыслила руководителем никого другого, кроме Галины Ивановны! Все курсовые работы и диплом я писала у нее! Галина Ивановна сама придумывала темы для всех моих работ. Диплом у меня был такой: «Проблемы водообеспеченности Донбасса». На преддипломной практике мы вместе с ней летали на кукурузнике над Донецкой агломерацией.

 

Потом Галина Ивановна была рецензентом моей кандидатской диссертации! Всегда вдумчивая и внимательная, всегда помогала и давала советы, и в научной жизни, и в личной конечно! Наши встречи — это всегда праздник для меня! Потому что это встречи с любимым человеком, другом и единомышленником!

 

Галина Ивановна уникальная личность! Таких трудоголиков я не встречала. Вообще я не представляю, спит ли она? Она всегда готовится к лекциям, любой вопрос она может рассмотреть и вширь и в глубь! Это потрясающий кладезь знаний, информации и эрудиции! В общем, дорогие студенты и аспиранты, завидую вам! У вас есть возможность слушать лекции Галины Ивановны, писать у нее курсовые и дипломы и учиться, учиться и учиться у нее!

 

_________________________________________________________

 

ЕЛИН А.А. , к.г.н., выпускник аспирантуры кафедры ЭиСГР 2006 года:

 

В уже далеком 2003 году я выпускник Курганского Государственного Университета не совсем понимающим куда попал и не готовым к учебе в аспирантуре лучшего географического факультета страны оказался в Москве. Мой научный руководитель Галина Ивановна, "засучив рукава", без доли скепсиса терпеливо и методично работала со мной эти три года, сочетая с одной стороны требовательность и настойчивость с терпением, заботой и доверием с другой стороны. Путь, по которому меня вела Галина Ивановна был пусть и непростым, но безумно интересным, результативным и во многом определяющим для меня. 

 

Защитившись в 2006 году, я связал дальнейшую жизнь с географией и развитием территорий и не намерен изменять этому пути в будущем.

Я очень рад, что не подвел моего научного руководителя и глубоко благодарен Галине Ивановне не только за годы аспирантуры, но и тот открытый горизонт, к которому я продолжаю идти все эти годы.

 

Хочется пожелать в день Юбилея Галине Ивановне и ее близким самого лучшего: здоровья, благополучия, энергии, ярких впечатлений от поездок и путешествий, тепла от встреч с близкими и родными!

С Глубокой Признательностью, Уважением и Любовью к Учителю, Алексей Елин.

_______________________________________________________

 

КОСТЮЧЕНКО М.И., к.г.н., выпускник кафедры ЭиСГР:

 

В отношении всеобщей ситуации вызванной 80-летним юбилеем Галины Ивановны Гладкевич важно отметить, что в ряду календарных событий современности этот день для всех причастных стоит особняком. Число желающих выразить сегодня благодарность и почтение «моей ГИ» давно перевалило за порядок в третьей степени и обыкновенное, последовательное произнесение самых добрых слов, воспоминаний, случаев из жизни, фактов и признаний потребует не меньшего порядка времени.

 

Таким образом для краткости и ясности как нельзя более уместен древний и надежный способ покаяния - стоя на негнущихся коленях. Только таким образом можно адекватно пережить всю глубину и палитру торжественности юбилейного момента. Только так - воздать должное ГИ за многие и многие тысячи прекрасных судеб, сложенных ею в гармонию своего профессионального успеха и гражданского служения! «Ведь у России женское лицо, помните об этом…» - как-то заметила Она. Удивительно точно сказано. Строгость и кротость, смиренность и несгибаемость, доброта, щедрость и мудрость - черты этого образа, так хорошо знакомые всем, кто имел и имеет радость общения с ГИ, всем Её ученикам, воспитанникам.

 

И вот ведь какими провидческими были слова Ю.Г. Саушкина, адресованные ГИ на первой лекции-знакомстве: «Да, - сказал он утешительно, в задумчивости задержав на ГИ строгий отеческий взгляд, после того как ему представились ребята однокурсники ГИ с Урала, из Сибири, из Белоруссии, с Кавказа и из Владивостока, - Да, Смоленской областью тоже нужно заниматься…» И так и вышло. Она неутомимо занималась и этим, и многим другим, и мало кто мог бы сравниться с ГИ в принципиальности подхода и в науке, и в жизни, когда «нет мелочей», нет ничего второстепенного, нет времени на отвлечение внимания, и всё является одинаково важным. 

 

Да, именно в этом наша дорогая ГИ, таков Её непререкаемый образ и пример. Такой редкий по новым временам. И тем ценнее и дороже сказать: Долгие лета, дорогая Галина Ивановна! Долгие и счастливые лета Вам!

________________________________________________________ 

 

СУХАРЕВА / КУЗНЕЦОВА НИНА, выпускница кафедры ЭиСГР 2002 года:

 

С Галиной Ивановной мы познакомились почти 30 лет назад - в 1997 году. После летней практики она согласилась стать моим научным руководителем на кафедре экономической и социальной географии России и сопредельных государств.

Я и сегодня очень хорошо помню нашу первую встречу. Галина Ивановна открыла дверь преподавательской комнаты, тепло улыбнулась и спросила: «Ну что, будем писать про нефть и газ?» Тогда я ещё не могла знать, насколько важными окажутся для меня эти простые слова и какой долгий профессиональный путь начнется с этого разговора.

 

Работа под руководством Галины Ивановны стала для меня настоящей школой научного мышления. Она умела не только увлечь темой, но и научить видеть за отдельными фактами и процессами более широкую картину, задавать себе непростые вопросы и не бояться искать на них собственные ответы. Она ставила перед своими учениками высокую планку и одновременно давала самое главное — ощущение, что эта высота достижима.

 

Под руководством Галины Ивановны я подготовила и успешно защитила две курсовые работы, магистерскую и кандидатскую диссертации. Все они были связаны с различными экономико-географическими аспектами развития нефтегазовой промышленности России и её взаимодействия с сопредельными государствами в условиях глобализации мировой экономики. С особой теплотой я вспоминаю наши обсуждения, научные споры и размышления вокруг идей теории «центр — периферия». Именно в таких разговорах постепенно рождалось настоящее понимание того, что значит заниматься наукой.

 

Но, пожалуй, самым ценным для меня всегда оставалось отношение Галины Ивановны к своим студентам. Её неизменный оптимизм, доброжелательность и вера в наши силы помогали двигаться вперед даже тогда, когда поставленные задачи казались слишком сложными. Она умела поддержать именно в тот момент, когда это было особенно необходимо, придать уверенности и помочь увидеть путь к решению.

Я бесконечно благодарна Галине Ивановне не только за знания и научный опыт, но и за ту человеческую поддержку, которую ощущала все годы нашей совместной работы. Во многом благодаря этой школе, нашим исследованиям и их результатам мне удалось осуществить свою профессиональную мечту и связать дальнейший путь с крупнейшей энергетической компанией страны — ПАО «Газпром».

Спустя почти три десятилетия особенно ясно понимаешь, насколько важны в жизни встречи с людьми, которые помогают тебе найти своё направление и поверить в собственные силы. Для меня встреча с Галиной Ивановной стала именно такой.

 

От всей души желаю Галине Ивановне крепкого здоровья, неиссякаемой энергии и вдохновения, новых научных идей и замечательных учеников, радости от их успехов и долгих лет плодотворной работы. Пусть впереди будет ещё много интересных открытий, счастливых событий, добрых встреч и поводов гордиться тем, чему Вы посвятили свою жизнь.

 

Я считаю большой удачей и настоящим подарком судьбы возможность быть ученицей Галины Ивановны. И спустя много лет с особенной благодарностью вспоминаю тот день, когда всё началось с тёплой улыбки и простого вопроса: «Ну что, будем писать про нефть и газ?»

С днём рождения, дорогая Галина Ивановна!

_________________________________________________

 

 

26 августа 2026 года 70-летний юбилей отметил наш выпускник Сергей Арнольдович Бурцев.

 

О профессиональном пути юбиляра рассказывают АРКАДИИЙ КАПЧЕЛЯ (выпуск 1978 года, кафедра геоморфологии) и МИХАИЛ ПОПОВ (выпуск 1974 года, кафедра биогеографии):

 

Наш друг, коллега, яркий человек и один из основоположников экологического консалтинга в РФ Сергей Бурцев, в 1973 году, закончив московскую школу, поступил на географический факультет МГУ. Имея исходную блестящую языковую подготовку, он выбрал кафедру экономгеографии капиталистических и развивающихся стран. Но затем перевёлся на кафедру физгеографии зарубежных стран. Которую и окончил в 1978 году.

 

Во время учёбы у него была многомесячная стажировка в Чехословакии. Также часть своего студенческого времени он посвятил факультетской театральной студии Натальи Перловой, сохранив об этом самую добрую память.

 

Как и многие из нас, после окончания факультета Сергей некоторое время находился в поиске своего дальнейшего профессионального пути. Сначала он решил продолжить обучение в аспирантуре на кафедре физгеографии СССР, но вскоре принял решение заняться практической деятельностью, близкой к его специальности.

 

Так в 1979 году Сергей стал младшим научным сотрудником в Институте прикладной геофизики (ИПГ) Госкомгидромета СССР. И здесь ему повезло - он пришёл в Отдел, который первым в стране стал выполнять комплексные экологические оценки последствий строительства объектов атомной энергетики.  Большую помощь Сергею в приобретении профессионального опыта оказали замечательные руководители Отдела - профессора Теверовский и Дибобес.

 

В 1986 году ИПГ стал одной из базовых организаций по выполнению работ, нацеленных на оперативное получение детальной информации о радиационной обстановке вследствие аварии на Чернобыльской АЭС. Примерно через месяц после аварии Сергей вошёл в состав «летучего отряда». Задачей этой группы  специалистов было оконтурить зону отселения вокруг АЭС. Для этого на вертолёте надо было перемещаться по радиусам от примерно 100-километрового удаления в направлении АЭС, постоянно делая посадки и отбирая пробы грунта. Где заканчивать отбор - решали по результатам Гамма-измерений, которые, хотя и слабо, но кореллировали с накоплением цезия-137 в почве.

 

В результате этих работ по критерию 40 Кюри/м2 по цезию-137 уже в июне был «отбит» контур зоны отселения. Это предопределило судьбы сотен, а то и тысяч семей, которым пришлось покинуть навсегда родные места. Заодно была показана радиационная безопасность территории на восточном берегу Днепра, где для персонала восстановленной АЭС был оперативно возведён город Славутич.

 

Члены этой группы не имели индивидуальных накопительных дозиметров. Поэтому невозможно сказать, сколько БЭР «набрал» Сергей. Но вот официальный статус «чернобыльца» он получил только в конце 1990-х: вертолеты ведь базировались вне зон значимого загрязнения, а там, где он с коллегами вбивал  пробоотборочное кольцо в чрезвычайно грязную землю, отметку в командировочном поставить было некому.

 

В 1988 году был создан Госкомприроды СССР. И Сергея, имевшего уже солидный практический опыт того, что впоследствии назовут буквосочетанием ОВОС, пригласили в штат Управления государственной экологической экспертизы этого центрального природоохранного ведомства страны.

 

Экологическая экспертиза была тогда абсолютно новым направлением государственного регулирования. До этого экологические оценки хозяйственной деятельности практически не проводились комплексно: существовали отдельно рыбохозяйственная экспертиза, оценка выбросов в атмосферу, выполнявшаяся отделами нормирования Госкомгидромета СССР, нормирование сбросов сточных вод, контролировавшееся  Минводхозом СССР, некоторые другие отраслевые оценки допустимой нагрузки/нормирования природоохранной направленности.

 

Комплексная же оценка воздействия на окружающую среду выполнялась сравнительно редко и, главным образом, при разработке схем территориального развития (Советом по изучению производительны сил) или для крупнейших народнохозяйственных проектов (комиссии АН СССР, например, по намерению переброски части речного стока северных и сибирских рек). А также указанным выше Институтом прикладной геофизики для объектов атомной энергетики.

 

Именно Сергей с коллегами, заложили в Госкомприроде СССР, а затем - в Минприроды России основы современной системы комплексной экологической оценки и создали эффективный механизм экологической экспертизы, который получил внедрение не только в России, но и в других странах постсоветского пространства.

 

Благодаря своим глубоким знаниям в области экологической экспертизы, отменным деловым качествам и прекрасному знанию английского языка, всего за четыре года Сергей значительно продвинулся по служебной лестнице: в 36 лет стал заместителем начальника Управления государственной экологической экспертизы Минприроды России.

 

По роду своей деятельности Сергей курировал крупнейшие инвестиционные проекты, намечавшиеся к реализации в России иностранными компаниями. Зарубежные партнеры видели в нём компетентного, делового специалиста, с которым было легко и эффективно работать. Неудивительно, что вскоре ему стали поступать предложения о переходе в частный сектор. В итоге Сергей принял решение заняться природоохранным консалтингом.

 

В 1996 году он возглавил евразийский головной офис (в Москве, с филиалом в Алматы) компании "Dames and Moore" - одного из мировых лидеров природоохранного консалтинга.

 

Сергей исключительно грамотно подбирал сотрудников, привлекая к работе в новой компании как специалистов из аппарата Минприроды СССР, так и представителей науки: ведь за годы службы в министерстве он взаимодействовал с сотнями экспертов и прекрасно понимал потенциал тех из них, которые могли бы реализовать себя в консалтинге.

 

Если в первые годы работы значительная часть проектов поступала от лондонского головного офиса, то постепенно всё больше заказов выигрывалось на конкурсах России и в странах постсоветского пространства. Существенно возрастала роль российских и казахстанских специалистов в проведении экологической оценки и аудита проектов стоимостью в десятки и даже сотни миллионов долларов США. В итоге к 2000 году возглавляемый Сергеем коллектив превратился в крупнейшую природоохранную консалтинговую компанию на постсоветском пространстве.

 

Уход "Dames and Moore" в 2000 году с рынка природоохранного консалтинга не оказал существенного влияния на работу московского и алматинского офисов. Основная часть коллектива продолжила работу в составе американской компании "IT Russia Services". Продолжался рост как численности персонала, так и объёмов выполняемых работ, что делало руководимую Сергеем команду высокопрофессиональных экспертов крайне привлекательной для ведущих международных компаний экологического консалтинга.

 

В 2005 году московский и алматинский офисы вошли в состав компании "Environmental Reseurces Management" (ERM). Численность постоянного персонала превысила 40 человек, а количество реализованных проектов доходило до сотни за год.

 

К сожалению, начиная с 2014 года многие западные компании - клиенты ERM - покинули российский рынок. Тем не менее, Евразийская группа специалистов под руководством Сергея продолжала успешно работать, оставаясь конкурентоспособной и прибыльной, в том числе благодаря активному выходу на проекты в третьих странах. Во многом это обеспечивалось личной работой Сергея с потенциальными заказчиками и высоким профессиональным авторитетом всей группы сотрудников.

 

Надо отметить, что Сергей никогда не прерывал связи с нашим факультетом. За 25 лет, в течении которых он возглавлял Евразийские подразделения крупнейших международных компаний природоохранного консалтинга, в их штате работало более 30 выпускников географического факультета МГУ. Причём некоторые начинали карьеру ещё студентами, а через 3-4 года становились настолько высококлассными специалистами, что дальнейшее профессиональное развитие не вызывало у них никаких затруднений.

 

Вот и сегодня в российской компании ЕNSOR, возникшей в 2022 году на базе ушедшей с российского рынка ERM, директорами являются проработавшие с Сергеем более 10 лет каждый геофаковцы Александра Леман (Лошкарева) и Виктор Давыдов.

 

В 2022 году оставил бизнес и Сергей. Теперь он смог в полной мере посвятить себя познанию и освоению окружающего мира - мечте большинства географов. Будучи полон энергии и сил, он путешествует по разным странам, открывая для себя новые уголки Планеты, не упуская возможность встретиться и там с друзьями и коллегами, сходить на хороший концерт или посетить заметное музейное событие. То есть - живет полноценной жизнью.

 

 

Наша дружба продолжается более 50 лет - с самого начала учёбы на геофаке. Хотя он москвич, а я - общежитский, он с зарубежки, а я выбрал геоморфологию, но мы очень часто проводили время вместе. Сергею очень нравилось бывать на моей Родине - в Молдове, куда он неоднократно приезжал, в том числе и спустя многие годы после окончания университета.  

 

Этому способствовала не только личная дружба, но и общность профессиональных интересов: в 1990 году я также перешёл на работу в Минэкологии Республики Молдова и с тех пор, включая период моей деятельности во Всемирном Банке (2000-2023), продолжаю заниматься вопросами охраны природы, экологической оценки, экологического аудита и экологического менеджмента.

 

Дружба и общие профессиональные интересы связывают нас все эти годы и остаются прочной основой наших отношений.

 

 

Я не смогу сказать, когда мы познакомились с Сергеем: примерно в 1981-1982 он стал появляться по каким-то поручениям от своих начальников в Госкомгидромете СССР, где я тогда «чиновничал» в Управлении наблюдения и контроля загрязнения природной среды. Слово за слово, разговорились, признали друг в друге выпускников геофака и стали при случае общаться.

 

Потом Сергей начал работать в Госкомприроды СССР, но контакты сохранились. А в 1996 году, когда у меня был «кризис жанра» (я ушёл в никуда из консалтинговой компании ФРЕКОМ), он позвал меня в только начинавший свою деятельность офис компании "Dames and Moore". И за это я ему глубоко благодарен.

 

В штате возглавляемых Сергеем компаний (менялись названия, но суть не менялась, а профессионализм коллективов рос) я проработал 16 лет. А затем ещё 8 лет был фрилансером.

 

Что могу отметить. Сергей был жёстким руководителем, за непростительные упущения мог крепко разнести. Но те, кто качественно работал и давал результат, неуклонно росли как по позициям внутри компании, так и по уровню оплаты труда. И, конечно, они росли как специалисты - сейчас в крупнейших банках страны, в ряде крупнейших промышленных и консалтинговых компаний России и мира ведущие позиции в природоохранных подразделениях занимают бывшие подчинённые Сергея.

 

Ещё у него была «чуйка на проекты». Я иногда приходил в ужас от того, за какие проекты и с реализацией их в какие сроки он брался. Но в итоге ВСЕГДА конечный результат был отличным или близким к отличному.

 

Сергей рос профессионально: руководство компанией, это и финансы, это и кадры. Чтобы быть на уровне, он в конце 1990-х два года проучился (естественно, руководя параллельно компанией) в Лондонской школе экономики.

 

И что я хочу отметить особо - его отношение к людям, у которых он учился. Профессор Игорь Дибобес, у которого Сергей начинал в ИПГ, и первый начальник Госэкоэкспертизы Евгений Минаев были частыми гостями в нашем офисе, к своим памятным датам они получали от Сергея не только добрые поздравления, но и знаки внимания. Это было очень правильно и человечно.

 

Желаем Сергею крепкого здоровья, бодрости духа, благополучия, новых интересных путешествий, ярких географических открытий и неизменного жизненного оптимизма!

 

Пусть впереди будет ещё много дорог, встреч, впечатлений и счастливых лет!

 

________________________________________________

 

Марш к юбилею СЕРГЕЯ БУРЦЕВА

"Рождённый командовать"

Автор БОРИС ИТКИН, выпускник 1983 года кафедры биогеографии (работал у Сергея и потому написал "со знанием дела")

 

Серргей Аррнольдович Бурррцев

Ррождён был уже командиррром.

Он мог бы в папахе и в буррке,

Он мог бы в гварррдейском мундиррре…

 

Он голосом стенодрробильным

Вррагов повергал бы в смятенье

(Моторр даже автомобильный

Смолкал при его появленьи).

 

Но выбрал он мирную службу

Во имя охраны природы

И тем укреплял он дружбу

С брританско-ненашим наррродом.

 

Пять лет под его командой

Я сам штурррмовал бастионы,

Крруша конкуррентов банды.

Когда-то. Во времена оны…

 

Что было, то было… Природа

Увы, и без нас обойдётся…

Не буду мутить я воду,

И доброе слово найдется

 

В словарном моём запасе

Для бывшего босса - Серргея:

- Аррнольдыч! Желаю счастья.

А проще сказать - с юбилеем!

 

Марш "Рождённый командовать" - звуковой файл: https://disk.yandex.ru/d/kchh36PW7pKlrQ

 

 

 

 

выпускник 1972 года кафедры экономической географии СССР, бывший министр экономики Беларуси, бывший ректор Белорусского государственного экономического университета, доктор экономических наук, профессор, заслуженный работник образования Беларуси, Почетный профессор БГЭУ, Председатель Республиканского совета ректоров высших учебных заведений Республики Беларусь (2003—2019).  

 

Информационное агентство SPUTNIK (Беларусь):

 

Президент Беларуси Александр Лукашенко направил соболезнование родным и близким заслуженного работника образования, доктора экономических наук, профессора Владимира Шимова, сообщили в президентской пресс-службе.

 

"Ушел из жизни выдающийся ученый-экономист, государственный и общественный деятель, с именем которого связано становление национальной экономической школы", – отметил Лукашенко в соболезновании.

Он также подчеркнул, что Владимир Шимов, щедро делясь своими опытом и знаниями, внес значительный вклад в развитие народного хозяйства Беларуси, воспитал целую плеяду талантливых последователей.

"Самые добрые воспоминания о нем навсегда останутся в наших сердцах", – заверил глава белорусского государства.

 

Владимир Шимов в 1972 году закончил Московский государственный университет имени Ломоносова. Его дальнейший путь был связан с Беларусью.

Владимир Шимов на протяжении 17 лет был ректором Белорусского государственного экономического университета, отмечен многочисленными госнаградами. В том числе был награжден орденом Почета, орденом Отечества III степени, удостоен благодарностей президента Беларуси.

 

 

От Министерства экономики Беларуси:

 

Ушел из жизни наш коллега, бывший министр экономики Беларуси, доктор экономических наук, профессор, заслуженный работник образования Беларуси Владимир Николаевич Шимов. Жизненный и профессиональный путь Владимира Николаевича был посвящен служению стране. Возглавляя с 1996-го по 2002 год Министерство экономики, Владимир Николаевич стоял у истоков создания белорусской модели социально ориентированной экономики, подготовки и реализации комплексных стратегических документов, способствовавших выходу экономики молодого суверенного государства на траекторию устойчивого роста. Особого признания заслуживает педагогический талант Владимира Николаевича, воспитавшего в стенах Белорусского государственного экономического университета плеяду высококвалифицированных специалистов для экономики страны.

 

Окончив в 1972 году Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, Владимир Шимов продолжил научную подготовку в аспирантуре Совета по изучению производительных сил при Госплане СССР. Его дальнейший трудовой путь был связан с научными учреждениями страны: Научно-исследовательским институтом экономики и экономико-математических методов планирования при Госплане БССР, Гомельским кооперативным институтом, НИЭИ Минэкономики. Он автор более 200 научных и методических работ. С 1996-го по 2002 год был министром экономики, занимал должность ректора БГЭУ с 2002-го по 2019 год.

 

Владимир Шимов отмечен многочисленными государственными наградами: орденом Почета, орденом Отечества III степени, благодарностями Президента Беларуси, почетными грамотами Совета Министров, Национального собрания, Национальной академии наук, Высшей аттестационной комиссии и других.

 

Светлая память о выдающемся ученом, государственном деятеле и наставнике навсегда сохранится в сердцах коллег, учеников и всех, кто знал Владимира Николаевича Шимова. Министерство экономики выражает искренние соболезнования родным и близким в связи с его кончиной.

 

 

От Белорусского государственного экономического университета:

 

На 78-м году ушел из жизни бывший ректор Белорусского государственного экономического университета Владимир Николаевич Шимов – выдающийся белорусский ученый, доктор экономических наук, профессор, экс-министр экономики Республики Беларусь, Заслуженный работник образования Республики Беларусь, Почетный профессор БГЭУ.

 

Владимир Николаевич занимал должность ректора БГЭУ с 2002 по 2019 год. За эти годы под его руководством университет достиг значительных успехов в развитии образовательной и научной деятельности, укрепил свои позиции как ведущий экономический вуз страны, расширил международное сотрудничество и подготовил тысячи высококвалифицированных специалистов для экономики Беларуси.

 

Владимир Николаевич стоял у истоков научно-педагогической школы национальной экономики. Им опубликовано более 220 научных работ. Под его научным руководством подготовлено 7 докторов и 11 кандидатов наук.

 

Высокий профессионализм Владимира Николаевича отмечен многочисленными государственными наградами: Орденом Почета (2007), Орденом Отечества III степени (2018), Золотой медалью Национальной академии наук Беларуси (2018). Он также награжден Почетными грамотами и Благодарностями Президента Республики Беларусь, Совета Министров, Национального собрания, Национальной академии наук, Минского городского исполнительного комитета и Высшей аттестационной комиссии. В 2013 году стал лауреатом премии Международного Алферовского фонда поддержки образования и науки.

 

Коллектив Белорусского государственного экономического университета выражает глубокие соболезнования родным, близким, ученикам и всем, кто знал Владимира Николаевича.

 

Светлая память о Владимире Николаевиче навсегда останется в наших сердцах.